Судмедэксперт из морга рассказал о своей работе и дал советы, как не попасть к нему на стол

Работа судебно-медицинского эксперта традиционно входит в список самых нежеланных занятий во всем мире, а представления о ней у многих складываются на основе бородатых баек и киношных стереотипов. Мы мало знаем об этой специальности, потому что в принципе боимся думать о смерти. А зря, ведь она, как ни парадоксально звучит, часть жизни.

Мы попросили рассказать о своей профессии судмедэксперта с 30-летним стажем. Алексей Купрюшин 20 лет был заведующим областным судебно-медицинским моргом. Сейчас он совмещает работу судмедэксперта и патологоанатома, а также занимается негосударственной судебно-медицинской экспертизой. С недавних пор Алексей начал вести блог, где называет свою работу «живой и интересной». И мы не можем с ним не согласиться.

О выборе профессии

Судмедэксперт из морга рассказал о своей работе и дал советы, как не попасть к нему на стол

  • Главная причина, почему я стал судмедэкспертом, — исследовательский интерес. Он как наркотик. Без него скучно жить. В чем интерес? Никто, кроме тебя, не знает, как устроен конкретный человек. Что там за внешним видом, за кожей и костями? Это знаешь только ты. Часто только ты понимаешь, почему человек умер.
  • Иногда экспертами становятся те, кто не смог бы работать другим врачом. Я, например, никогда не смог бы стать хирургом. Вмешиваться в живое естество для меня недопустимо. Максимум, что я могу сделать с живым человеком, — это укол.
  • Судмедэкспертов и патологоанатомов часто путают, но это не одно и то же. Патологическая анатомия и судебно-медицинская экспертиза — разные специальности. Но у них много общего. Общий объект исследования — труп. Общая техника вскрытия. Различия только в деталях. Много общих задач. Цели — разные. У патанатомов — это содействие лечебно-диагностическому процессу. У судебников — содействие правосудию.
  • Санитаров в морг бывает найти очень сложно. Придет человек, поработает месяц — не выдерживает и уходит, несмотря на стабильную и, в общем, неплохую зарплату. Однажды целый месяц санитара не могли найти. Жена (она патологоанатом) ехала как-то в такси, разговорилась с водителем. Видимо, так интересно рассказывала о работе, что он захотел прийти попробовать. Медицинского образования санитарам морга не требуется, они на месте обучение проходят. Таксист пришел и остался. До сих пор работает.

О трудовых буднях

  • Примерно 300–400 тел в год вскрывает один судмедэксперт в городе-миллионнике. Бывает, что и 500. Это очень много: рекомендованная норма — всего 100, но так получается только у районных СМЭ. Это очень плохо. Идет вал, за которым некогда думать, развиваться. Судмедэкспертов не хватает, студенты-медики не рвутся работать в морге.
  • Судебно-медицинский эксперт больше времени проводит в кабинете, чем в секционном зале. Исследование трупа — это не единственный и даже не самый полный способ получения информации. В моей практике были случаи, когда исследование длилось несколько часов, а его анализ и формулирование выводов — несколько дней.
  • Хорошее обоняние дает судмедэксперту некоторые преимущества, когда нужно установить, каким ядом отравился человек. Во время исследования можно почувствовать разные запахи. При отравлении нашатырным спиртом — запах карболовой кислоты и аммиака, дихлорэтаном — прелых сухих грибов, синильной кислотой или нитробензолом — горького миндаля, амиловым спиртом — запах сивушного масла, бутиловым спиртом — фруктов, хлорофосом или карбофосом — чеснока.

Судмедэксперт из морга рассказал о своей работе и дал советы, как не попасть к нему на стол

  • В моем первом морге много лет работала санитарка Анна Носова. Я застал ее уже старушкой. Всегда в платке и валенках, с крючковатым носом, огромными кистями, она напоминала мне Бабу-ягу. Мы, молодые эксперты, часто звали ее понюхать труп. Она подносила свой «баба-яговый» нос к телу и тихим хрипловатым голосом отчетливо и торжественно произносила: «ацетон» или «техническая жидкость».
  • Довольно часто в морг приходят бабки-экстрасенсы и просят дать воду, которой омывали тела. Им надо — не то порчу наводить, не то приворот. Санитары им из-под крана наливают — жалко, что ли? Также пользуются спросом веревки с шеи висельников, белье, личные вещи покойников.
  • Когда в 90-х привозили бандитов, к моргу являлись их коллеги, угрожали, пытались забрать тело силой. У братков считалось, что вскрытие — это не по понятиям. Бывало, что приходилось вызывать ОМОН и оцеплять морг.
  • Иногда наша работа может быть смертельно опасной. Никогда не знаешь, с чем можешь столкнуться при исследовании. Бывали случаи, и немало, когда эксперты, санитары и лаборанты заражались туберкулезом. А также чумой, холерой, сибирской язвой — но это уже не в наших широтах.
  • В провинции судмедэксперт с 10-летним стажем получает около 50 тыс. рублей. В Москве — бывает и 100 тысяч, но и работать нужно еще больше.

О смертях, которых могло бы не быть

  • Я считаю, что начиная со старших классов в школах нужно преподавать основы здоровья человека. Люди к годам 15–20 должны знать, когда они здоровы, а когда нет. Если появились симптомы, которых раньше никогда не было, или что-то болит и не проходит, нужно идти ко врачу. Ни в коем случае не надо терпеть и надеяться, что пройдет само. Конечно, если не хотите, чтобы потом говорили: «Какой сильный человек! Как болел, но никому не сказал!»
  • Чаще всего невидимым «мягким» убийцей является повышенное артериальное давление. Какой дурак будет в молодом возрасте его мерить? На что я возразил бы так: «Дураки его не мерят!» Побаливает голова — пьем таблетку от боли. А может, и не пьем. Боль-то не сильная. И так — несколько лет. За эти годы теряется эластичность стенки артерий, в том числе и головного мозга. И очередное повышение давления приводит к разрыву. Результат — внутримозговое кровоизлияние и смерть.
  • Однажды я исследовал труп студентки. Она умерла, стоя у окна. За две недели до печального события девушка на ногах перенесла респираторно-вирусную инфекцию. Болезнь прошла. Осталось легкое недомогание, легкая одышка и покалывание в грудной клетке. Все это ее несильно беспокоило, и она к врачу не обращалась. Оказалось, что напрасно. Миокардит (воспаление сердечной мышцы) явился осложнением ОРВИ.

Судмедэксперт из морга рассказал о своей работе и дал советы, как не попасть к нему на стол

Читай продолжение на следующей странице